Самый красивый и самый уродливый: сто памятников Бетховену

Самый красивый и самый уродливый: сто памятников Бетховену

В мире существует около ста памятников Бетховену. Стремление соответствовать масштабу портретируемого обрекает отдельных скульпторов на художественный провал.

Людвиг ван Бетховен (Ludwig van Beethoven) знал себе цену. Но он едва ли мог предположить, что станет рекордсменом по числу памятников — по крайней мере, среди композиторов.

Несть им числа

«Точно подсчитать, сколько памятников Бетховену установлено в разных странах мира, невозможно, — признается искусствовед и автор книги „Образы Бетховена“ Зильке Беттерман (Silke Bettermann). — Мне удалось насчитать около ста монументов в 54 городах на всех пяти континентах, и каждый год к ним добавляется как минимум еще два-три». При этом речь идет только о крупных памятниках на городских улицах и площадях. Подсчитать число бюстов композитора в фойе консерваторий и концертных залов мира никак невозможно. Бетховен уверенно опережает по числу монументов даже Моцарта и Баха. Никто из художников и литераторов не может тут и сравниться с титаном музыки.

Бонн гордится тем, что именно здесь, на центральной площади Мюнстерплац, неподалеку от родного дома композитора, 12 августа 1845 года был открыт первый в мире памятник Бетховену. Но если честно, то заслуга горожан в этом не слишком велика.

Идея поставить памятник великому сыну города появилась еще при жизни композитора, но сбор денег шел вяло. «Они собираются на какие-то жалкие гроши поставить памятник нашему Бетховену! Это просто возмутительно! — писал в 1843 году Ференц Лист, ознакомившись с ситуацией со сбором пожертвований. — Этого не будет!». Великодушно внеся крупную сумму, горячий поклонник Бетховена обеспечил Бонну победу в состязании с Веной, где первый памятник композитору появился лишь в 1880 году.

Самый красивый и самый уродливый: сто памятников Бетховену

Церемония открытия бронзовой статуи Бетховена на Мюнстерплац сопровождалась трехдневным концертным марафоном, который, как считается, положил начало традиционным Бетховенским фестивалям в городе. В историю вошел и анекдот о «посмертной неучтивости» Бетховена: когда с памятника упало покрывало, все увидели, что бронзовый композитор стоит спиной к балкону княжеского дворца, на котором стояли знатные гости, в том числе — нелюбимый в Рейнской области прусский король Фридрих Вильгельм IV (Friedrich Wilhelm IV) и британская королева Виктория.

Проект памятника, реализованного в Бонне, создал скульптор Эрнст Хенель (Ernst Julius Hähnel). Особым новаторством памятник не блистал: фигура в условно «бюргерской» одежде, склоненная голова, чуть выдвинутая вперед нога, — подобные монументы возникали тогда по всей Германии во славу Гете, Шиллера и других славных немецких соотечественников. Кстати, к тому же типу памятника относится и памятник Пушкину работы Опекушина в Москве.

Самый красивый и самый уродливый: сто памятников БетховенуТ

ем не менее, именно боннский монумент стал играть ведущую роль в бетховенской скульптурной «иконографии», став даже более важным, чем прижизненные изображения композитора. «Это было связано с особенностями распространения визуальной информации в ту эпоху,» – поясняет Зильке Беттерман. Поскольку Хенель моделировал своего Бетховена по посмертной маске композитора, стараясь придать его простоватому лицу с курносым носом и характерной ямочкой на подбородке величественность, отныне за Бетховеном закрепился именно этот мрачный образ: сдвинутые брови, плотно сжатые губы, насупленное лицо.

Человек, титан, дух

Лишь на рубеже XIX и XX столетий в «бетховенской иконографии» наметилась эволюция. Если в середине XIX века скульпторы изображали «великого человека», то наступающая эпоха модерна стремилась видеть в нем полубога, титана. Наиболее известный монумент, изображающий Бетховена в виде громовержца Зевса, у ног которого примостился удивленный орел, - скульптура Макса Клингера (Max Klinger).

Одновременно наметилась и линия, оппозиционная немецкой. Ее родоначальником считается великий французский скульптор Огюст Роден. Он сам смоделировал лишь один небольшой бюст композитора, но целый ряд впечатляющих изображений Бетховена-мыслителя создали ученики Родена, в первую очередь, Антуан Бурдель и Наум Аронсон, целью которых было создать некий визуальный образ не столько Бетховена-человека, сколько его музыки, его духа.

Самый красивый и самый уродливый: сто памятников Бетховену

Сегодня Бонн может гордиться и наибольшим числом памятников Бетховену: здесь их десять (для сравнения: в Берлине — шесть, а в Вене – «всего» пять). Среди них есть и такие замечательные, как бюст работы Аронсона в саду дома-музея Бетховена, так и на редкость безобразные.

Самый красивый и самый уродливый: сто памятников Бетховену

По общему мнению искусствоведов, венцом уродства следует признать работу скульптора Кристиана Бройера (Сhristian Breuer), установленный в 1938 году опять-таки в Бонне. Памятник дважды переселяли, сейчас он спрятан в темном углу парка на берегу Рейна, и по нему с удовольствием лазают ребятишки.

Самый красивый и самый уродливый: сто памятников Бетховену

А вот самый новый из монументов — установленный в 1986 году памятник работы Клауса Каммериха (Klaus Kammerich) — даже стал за очень короткое время одним из символов города. Памятник сделан из ажурных бетонных конструкций и в зависимости от времени суток, соотношения света и тени и положения зрителя он выглядит по-разному, что, по мнению создателя, отражает «многоликость» музыки Бетховена.

Бетховен в Калининград

Интересно, что в двадцатом веке большая часть памятников Бетховену ставилась за пределами Германии: во Франции, Италии, Бельгии, странах Латинской Америки.

В наши дни пальму первенства удерживают страны Азии, в первую очередь, Япония и Китай, где почти ежегодно появляется новый монумент великому композитору. А вот Россия отстает: крупных памятников Бетховену не существует в стране, где впервые была исполнена «Торжественная месса». Правда, пару недель назад боннский бургомистр Хорст Наас (Horst Naaß) передал двухметровую фигуру Бетховена (уменьшенную копию памятника на Мюнстерплац) калининградскому мэру Александу Ярошуку, чем немало удивил последнего. Но эта копия – из папье-маше, и с оригиналом, конечно, соперничать не может.

источник

Другие интересные статьи

Добавить комментарий

6 + 8 =