Антология тщеславия: Как изменился военный портрет за последние 300 лет

Изобразить себя в героическом виде мужчины стремились, пожалуй, всегда. Военным ещё с эпохи Ренессанса всегда было чем похвастать (одна форма его стоила!). И если сегодня мужчины вывешивают в социальных сетях аватарки и фото в онлайн альбомах с огромными рыбинами (должно быть это даже и не фотошоп), ружьями, кавказскими ножами и бравыми изображениями в парадной дембельской форме, то в XVIII веке к теме «изображение в героическом стиле» относились весьма серьезно.

Дембеля, дембеля, дембеля…

О чем может говорить только тщательнейший выбор художника (на сегодняшний язык — «фотографа»), а также подбор различного по эпичности фона от простого темного с фамильным гербом счастливого владельца оного (популярно до окончания эпохи классицизма) или нарочито «домашней» обстановки (не путать с современными фонами зловещих провинциальных кухонь, стремных мансард с натюрмортом из пива или цветастого ковра, таки любимого доморощенными фотомоделями-«роковыми тигрицами»).

Давыдов Денис Васильевич.

Рекорды популярности после войны 1812 года в русском художественном искусстве имела тема фона отдаленной битвы. К выбору униформы, непременно парадной (иначе зачем же такие хлопоты?!) также было весьма пристальное внимание. Однако стремление подчеркнуть военную мощь, функции отличительной метки и маркера общественного положения в своей военной парадной форме, а также желание нравится женщинам играло порой злую шутку с военными тех времен, превращая ношение униформы в сплошное неудобство и фарс.

Меншиков Александр Данилович.

Например, до XVII века военные носили огромные тяжелые берендейки (ременная перевязь через левое плечо) «замест медалей» с памятной наградной надписью. В петровские времена офицеры носили накладные парики с косами, чулки и обязательно припудривали лица. Но наиболее блестящим и прижившимся элементом, не считая галуны и медали (ордена), были галифе и доломан.

Генерал Гастон Галифе.

Галифе (широкие штаны, сужающиеся к низу) были изобретены французским генералом Гастоном Огюстом де Галифе, но отнюдь не потому, что, по официальной версии, у него выпирало изуродованное бедро вследствие ранения, а потому, что из-за этого генерал страдал энурезом и вынужден был носить в штанах бутылки с трубкой, дабы скрыть свой злосчастный конфуз.

Австрийский кавалерист.

А вот остальные офицеры и солдаты с радостью переоделись в галифе из «немужских» чулок и облегающих кожаных панталон («мода фрицев») по другой причине: при атаках и езде на лошади галифе не рвалось на причинном месте, не натирало потницу и не оставляло негероические пятна пота на пятой точке.

Портрет Михаила Илларионовича Кутузова, худ. Джордж Доу, 1829 год.

Широкую популярность после войны 1812 года в портретной живописи обретает новая форма — портрет-картина, в которой герой изображается в рост и сидя, на фоне далекого сражения или грозового неба. Герой-воин того времени все также без страха и упрека. Классицистские нормы диктовали образец невозмутимости, доблести и мужества, где статичная фигура офицера стоит непременно в военном парадном мундире при всех знаках отличия, а на лице отсутствует улыбка и главная эмоция выражена во взгляде.

Врангель Петр Николаевич.

В эпоху же Серебряного века в русской культуре это образ человека «в полете мгновения» — изображение «размытое» и широким штрихом, словно сквозь фильтры, а на лице непременно эмоции — грусть, скорбь, умудрённость жизненным опытом.

…ну, оч хочетьси!

Галуны и медали не так важны, как одухотворенность образа. Однако не следует думать, что на сегодняшний день военный парадный портрет стал чем-то немодным и потерял свою актуальность. Ведь как говорилось в «Адвокате дьявола»: «Мой любимый грех — это тщеславие».

Героические портреты, недорого.

Военный парадный портрет в «неоклассическом» виде, если можно так выразиться. Сейчас это картины, написанные маслом (для тех, кто побогаче и потерпеливее) или напечатанные на холсте, где к «тушке», украшенной галунами и медалями с медальонами вензелей обладателей прославленных и арендованных без их ведома тел предков, либо настоящими гербами менее прославленных, но очень этого желающих, потомков, приставлена (=приписана) их (потомков) голова.

Леонид Быков в тантамареске.

Сочтете ли данный вид творчества дурновкусием, похожим на то, как фотографируются в тантамаресках (стенды с дырками для головы), либо это новое веяние современного искусства, судить уже нашим потомкам — прославленным и не очень. И — да: «Интересно, как бы я смог понять, что это — великое искусство, если бы меня никто об этом не предупредил?» (ф-м «О чем говорят мужчины»).

Наша гордость

Классика жанра

Бонус

КапРаз Александр Яковлевич Розенбаум

Источник